?

Log in

No account? Create an account

Тоталитаризм два.ноль

« previous entry |
Feb. 14th, 2017 | 05:03 pm



Мы живем в тоталитарном мире.

Сегодня новый, почти фашистский режим, проник так глубоко в каждую сферу жизни, в каждую душу, как это не удавалось прежде никому.

При этом, учтя ошибки предшественников, новый тиран делает это незаметно. Он не торопится называть себя и создавать «культ личности», ставя свои статуи на бронзовые пьедесталы.

Почему? Ведь так по-человечески соблазнительно объявить о своей силе во всеуслышание, тем более когда последний бастион противников пал уже много лет назад.

Дело в том, что этот новый мировой диктатор — не человек.

Это — неодушевленный предмет, подчинивший внутренним закономерностям своего существа жизнь всей планеты.
Его имя у всех на устах, весь мир знает о нем и думает о нем больше, чем о чем-либо еще.

Это — деньги.

Именно эта сущность сегодня предопределяет подавляющее большинство решений, социальных связей и событий, формируя реальность, в которой мы живем.


Часть 1.


Историческое определение:
«Тоталитаризм — политический режим, стремящийся к полному (тотальному) контролю государства над всеми аспектами жизни общества и человека.»

Чем же отличается от него «тоталитаризм 2.0»?

Во-первых, это не политический режим.
Политика играет в современном мире скорее роль театрализованного представления, шоу, через которое капитал легитимизирует свою власть.

Во-вторых, это не государственный режим.
Государство давно утратило свой суверенитет, и сегодня оно скорее лишь один из исполнительных инструментов режима, далеко не самый важный.

***
Тоталитарные режимы прошлого стремились подчинить себе народ с помощью государства.

Нынешний тоталитарный режим действует намного умнее: наоборот, он подчиняет себе народ, стремится подчинить каждого человека в отдельности, тем самым подчиняя себе вообще все общественные структуры, и государство в том числе.

Поэтому политическая борьба против него бессмысленна: во-первых политическое информационное поле полностью контролируется режимом и играть на нем по его правилам, это все равно что пытаться обыграть шулера.

Во-вторых, даже получив каким-либо невероятным способом формальный контроль над государственной системой, противники режима не смогут изменить ничего — до тех пор, пока система контролирует людей, власть ее непоколебима.

Каким же образом этот режим правит людьми?


Во-первых нужно разобраться с терминологией.

Деньги — это не что-то сверхъестественное, не какой-то демон, мистическим образом подчиняющий себе человеческие души.

Нет, деньги — это вещь, при всем своем могуществе, совершенно обыденная, суть которой можно раскрыть в двух аспектах:

Во-первых, деньги, именно как предмет — это обезличенная энергия и время людей.
Ведь люди тратят время и силы, когда создают товар, который можно продать.


Во-вторых, деньги как явление — это технология энергетического обмена между людьми, часть технологии разделения труда.

В развитии древнего общества, месте с разделением труда возросла необходимость обмениваться товарами.
Меняться напрямую неудобно, поэтому и было придумано мерить всё каким-то одним универсальным товаром, товаром, который нужен всем — это было сначала золото, затем современные денежные знаки.


Именно внутренние закономерности, присущие этой технологии — это и есть те силы, которые сегодня правят миром.

Когда человек вовлекается в товарно-денежные операции, становится участником этой системы, он волей-неволей подвергается ее воздействию.

И если зерно попадает на благоприятную почву, система может подчинить себе его разум и волю, иногда настолько, что он практически полностью лишается внутреннего суверенитета.

Так у режима появляются социальные агенты - «денежные зомби».

Нелепый зомби-апокалипсис, на тему которого так любят фантазировать ремесленники индустрии развлечений, сегодня в каком-то смысле стал реальностью.

Большая часть населения мира лишена собственной воли и подчиняется лишь деньгам, будучи готовой ради них на всё.

Естественно, что не все становятся слугами системы в одинаковой степени, но некоторые типажи особенно падки.

Первый тип — жертвы собственного гештальта власти.

Власть — это принуждение других людей действовать согласно воле властителя.

Деньги — это идеальный инструмент принуждения. Без угроз, без насилия мы можем принудить делать других людей то, что нам нужно.

Чем сильнее выражен у человека гештальт власти — тем более он подвержен влиянию режима.
Это порождает цепную реакцию, вовлекая всех сильных, властных людей в работу на стороне системы: все крупные бизнесмены, финансисты, топ-менеджеры, главы ОПГ и прочие любители древнейшей игры в «царя горы» - это обычно самые клинические жертвы системы, ведь зачастую вся их жизнь посвящена лишь одной цели — борьбе за деньги.

Второй тип — жертвы гештальта пары.

Так уж сложилось, что от природы человек — существо социальное.
И в первую очередь ему нужна пара.

И здесь -внезапно- разделение труда между мужчинами и женщинами существует столько, сколько существуют люди.

Природа-мать изначально разделила обязанности: женщина создана для того, чтобы рожать и растить детей, а мужчина — для того, чтобы добывать еду и бороться с враждебным окружающим миром.

Женщина — мать и хранитель.
Мужчина — добытчик, воин и исследователь.

Это, кончено же, не исчерпывающая характеристика тех и других, но это — природная база, животный архетип, фундамент на котором строится личность.

В этой схеме хозяин, распорядитель материальных благ — мужчина.

А женщина, стремясь обеспечить свое благополучие и благополучие своих будущих детей, выбирает того, кто этих благ сможет предоставить больше.

Звучит немного грустно, но женщины продажны от природы. Это нормально.
Они действительно должны думать о будущем своих детей, это их основная видовая роль в этом мире.

А мужчины, в свою очередь, от природы «покупатели».

Денежная система очень легко играет на этих архетипах.
Она на подсознательном уровне заставляет женщин выбирать мужчин исходя в первую очередь из их материального положения, а мужчин заставляет стремиться к финансовому успеху ради женщин.


Но эти два частных «клинических» примера — лишь верхушка айсберга.
Влияние денег намного глубже, чем кажется.

В современном мире практически все стремления человека так или иначе выполняются посредством денег:

• чтобы есть, нужно покупать еду
• чтобы вокруг было тепло и светло, нужно покупать услуги ЖКХ
• чтобы получать информацию, надо покупать доступ в интернет и так далее

Напрямую, без денег, нельзя получить почти ничего, можно разве что дышать.

Это способствует тому, что человек на подсознательном уровне забывает о том, что деньги — это всего лишь одно из средств к выполнению его желаний.

Деньги перестают быть средством и становятся целью.

Они становятся сутью и мерилом всего и вся, приближаясь по смысловому уровню к богу.

Такое финансоцентричное мировоззрение — это уже почти религия.

От «уверовавшего» во всемогущество денег человека начинают ускользать некоторые факты.

Во-первых, для выполнения желаний, кроме денег нужна воля и личная эффективность, во-вторых, деньги играют ключевую роль лишь в материальных стремлениях (в сфере ментальных стремлений деньги глубоко вторичны, ведь нельзя купить друзей, уважение или настоящую любовь).

Косвенным подтверждением этого является расхожий факт, что «богатые тоже плачут» - ведь деньги, это не единственное, что нужно для счастья.

Но влияние денежного режима настолько велико, сила денег настолько очевидна, что подавляющее число людей перестают замечать все эти тонкости и видят путь к счастью лишь в финансовом аспекте.


Теперь оглянитесь вокруг.
Многие ли из тех, кто вас окружают, понимают суть происходящего?
Вероятно нет.
Большинство или вообще не чувствует никаких противоречий с режимом, или готово, в той или иной степени, ради денег поступиться принципами (варьируется лишь цена вопроса).

Современное общество тотально продажно.

Это и есть «социальная база» нынешнего режима.

Те немногочисленные люди, кто продаваться не желает совсем, становятся маргиналами — мир играет по другим правилам, и такие «эстеты и умники» просто не нужны.


Теперь можно взять уровень выше, перейти от личности к обществу и посмотреть на социальные структуры тоталитарной денежной Системы.



***
Тоталитаризм, как мы знаем, стремится контролировать все аспекты жизни общества.
И нынешний мировой режим преуспел в этом ничуть не меньше своих предшественников.

Вся структура современного общества подчинена интересам экономики.
Экономика — это новый мировой гегемон.

Мотив финансовой целесообразности пронизывает всю ткань нынешнего мира.

Практически все в капитализме является товаром.

Каждый товар должен, в первую очередь приносить прибыль.
Его реальная суть, его влияние на жизнь людей вторично — экономика просто не оперирует подобными категориями, это просто вне её компетенции.

То есть мы живем в мире, все сущности которого служат не нашим интересам, а интересам капитала.
Абсолютно все, от зубочисток до кинофильмов создано в интересах получения денег.

Капиталисты готовы продавать любую дрянь, если не неё будет спрос.

Более того, они уже давно поняли выгоду манипуляций поведением потребителя с помощью маркетинга.
Маркетинг практически открыто ставит своей задачей промывание мозгов, обман покупателя и навязывание людям товаров, в которых у них объективно нет необходимости.



Но это еще семечки по сравнению с тем, что в капитализме товаром являются... люди.

Люди для капиталистической системы — тоже товар, это расходный материал, топливо для экономической машины.

Роль народных масс в современном мире прекрасно раскрывает современный термин «human resources» - «человеческие ресурсы».
Какая прекрасная формулировка не правда ли?

Капиталистическая система, подчинив себе государство, с помощью системы образования и масс-медиа воспитывает людей так, чтобы их можно было эксплуатировать как можно выгоднее.

Капиталистам нужно, чтобы люди работали как можно больше и эффективнее, как можно больше потребляли, легко поддавались манипуляциям СМИ и были неспособны критически оценивать систему в целом.

Идеальный гражданин современного режима - это трудоголик и шопоголик, у которого в голове аморфная «каша» из осколочных знаний и представлений, не складывающаяся в единую картину мира.

Задача современной средней школы — не только дать базовые знания, но и забить голову ребенка мусором, научить «зубрить и выполнять» и отучить самостоятельно мыслить и анализировать.

На масс-медиа также возлагается задача по поддержанию надлежащего уровня «бардака в головах», поэтому современное информационное пространство полно неактуальной, недостоверной, неточной, противоречивой, провокационной информации.

В широком смысле, концепция современного медиа пространства — это концепция искусно поддерживаемой информационной помойки.
Идеальным воплощением такого подхода является интернет.

Далее.
Стремясь повысить эффективность эксплуатации народов, капиталисты пришли к идее «равноправия полов».

Это было выгодно втройне:

• во-первых, женщин можно было заставить работать (в то время как в традиционном обществе женщины в основном сидели дома с детьми);

• во-вторых, женщины из-за эмоциональности, низкой природной способности к логическому мышлению были идеальными потребителями — им можно было «под шум винтов» пропарить все что угодно;

• в-третьих, в силу все тех же низких ментальных способностей, женщина была идеальной жертвой для «демократической» системы манипуляции общественным мнением и участия в выборах.

(Причем интересно, что схожими мотивами вероятно руководствовались и коммунисты, которые, стремясь к повышению экономической эффективности, задействовали женщин наравне с мужчинами, вплоть до работ в качестве шпалоукладчиц и металлургов.)


Типичная современная женщина — продажная шлюха в отношениях и безудержная потреблядь в магазине — одновременно главная жертва и главный «бытовой» агент режима.



Однако, вернемся к экономике.

Стремление к повышению экономической эффективности каждого отдельно взятого предприятия бьет не только по потребителю его товаров, но и по сотрудникам.

Никого в нынешнем мире в принципе не интересует, как работается человеку, какие ощущения от работы он получает, какую роль в его жизни играет работа и т. д.

Главная задача — отжать работника по максимуму, остальное никого не волнует.

Повсеместно распространена практика установления рабочего времени сверх нормы, например шестидневная рабочая неделя или пятидневка по 9-10 часов в день.
На очень многих предприятиях работодатели стремятся повесить на работника обязанности смежных должностей, вместо 2-3 разных специалистов нанимая одного «васю широкого профиля».
Часто на предприятиях в целях экономии не соблюдаются нормы организации труда (не отапливаются производственные помещения, не обеспечивается безопасность работ и так далее).
И, естественно, везде и всегда, работодатели стараются максимально повышать интенсивность работы, при этом платить сотруднику стремятся как можно меньше, умело пользуясь конъюнктурой рынка труда.

Конечно же такой подход распространен не везде.
Там, где во главе предприятия стоит человек, не утративший внутренний суверенитет под натиском денежной среды, условия труда могут быть вполне достойными, но это возможно лишь тогда, когда хозяин и руководитель предприятия — одно лицо.
Такой архаичный, «личный» тип менеджмента уходит в прошлое.

Сегодня в структуре менеджмента коммерческих предприятий наивысшей формой развития нынешнего режима, его квинтэссенцией, является безличная форма правления капитала, когда во главе акционерного общества стоит наёмный менеджмент, единственная задача которого — достижение максимальных экономических показателей.

В этой системе «человеческий фактор» исключен практически полностью — здесь от имени безликих акционеров деньги правят напрямую, диктуя самые бескомпромиссные решения.

Именно крупные транснациональные корпорации и банки, которые концентрируют гигантский капитал и всегда управляются по такому принципу, являются на сегодняшний день главными системообразующими структурами мирового режима.


Непосредственно они контролируют масс-медиа: практически все крупные современные СМИ, киностудии, инфраструктура вещания принадлежат транснациональным или локальным корпорациям, которые порой открыто владеют целыми медиахолдингами.

К слову об информационной среде и коммуникациях.

Еще одной характерной чертой тоталитаризма принято считать слежку системы за людьми.
Никогда прежде в истории слежка за людьми не приобретала таких космических масштабов, как в современном капиталистическом мире.
Современные цифровые технологии открыли просто невиданные просторы для этого.

Первое: это вездесущие камеры наблюдения.
Например в Лондоне, который считается мировым лидером по количеству камер на душу населения, их установлено несколько сотен тысяч (!).

Второе: интернет. В интернете существует целые системы, отслеживающие действия каждого пользователя, хранящие его данные и т. д.

Открывая среднестатистический сайт, ваш браузер делает запросы к десяткам совершенно «левых» доменов (именно поэтому, казалось бы, элементарные страницы открываются иногда так долго).

Эти «левые» домены — рекламные сети, сети web-аналитики, платежных сервисов и т. д.
Их контролируют крупные корпорации (в первую очередь Google), они собирают данные о каждом твоем клике в сети.

Отслеживая твое перемещение от сайта к сайту, они собирают данные, с помощью которых потом могут довольно точно определить твои интересы, пол, возраст, семейное положение и многое другое.

Обычно эти данные используются, чтобы подбирать рекламу «персонально».
(Никогда не замечал, что если набрать в поисковике, например «боулинг» тебе потом «вдруг» начинают на совершенно других сайтах показывать рекламные баннеры на эту тему? Вот это оно и есть.)

На этом рынке крутятся миллиарды долларов, поэтому эта практика получила такое огромное распространение.
Естественно, что данные о нас используются не только в рекламных целях.
Согласно информации, которую раскрыл Сноуден, западные спецслужбы во всю пользовались этими данными.

Что уж говорить о социальных сетях, которые всячески поощряются системой и позволяют спецслужбам получать информацию о социальных связях человека практически беспрепятственно.


Третье: сотовые телефоны. С их помощью можно не только легко прослушивать разговоры абонента, но и отследить его местонахождение.

Встроенные программы могут собирать и передавать данные о всех твоих перемещениях.

Согласно данным все того же Сноудена, спецслужбам достаточно отправить специальное шифрованное сообщение на твой смартфон и они получат над ним полный контроль: они могут включить или выключить его, смогут через микрофон слушать все, что происходит вокруг и даже делать фотографии встроенной камерой.

Еще никогда слежка за толпой не была такой удобной и эффективной для правящего режима, как в нынешнюю эпоху IT.

Тотальная слежка, описанная в антиутопии Оруэлла «1984» сегодня стала реальностью.





Часть 2.


Таким образом, тотальное подчинение современного мира деньгам есть свершившийся факт.

И теперь, очертив в общем социальную базу и структуру нынешнего режима, можно перейти к раскрытию главной, фундаментальной его особенности: нынешний режим — это рабовладельческий строй в новой обертке.

Суть феодального рабства заключалась в лишении личной свободы и эксплуатации трудящихся.

Однако вместе с отменой «крепостного права» рабство никуда не исчезло, оно просто приняло иные, более гибкие формы.

Для начала разберемся с эксплуатацией.
Эксплуатация, грубо говоря, это когда у человека отбирают часть результатов его труда.

Вчера у феодального крестьянина результаты труда отбирал помещик, церковь и государство.
Сегодня, точно также, часть результатов нашего труда отбирает работодатель, часть отбирает государство в виде необоснованных налогов.
(Хорошо, хоть от церкви избавились — это единственное серьезное достижение в этом плане.)

Разберем по порядку.

Если ты работаешь в коммерческой фирме, твой работодатель отбирает часть результатов твоего труда.
Хозяин твоей фирмы собственно за счет этого и живет — он «отщипывает» себе в карман от зарплаты каждого сотрудника.

Чем же он отличается от феодального помещика, который у твоего прапрадеда отбирал десятину пшеницы?

Да, собственно ничем.

Только теперь можно свободно переходить от одного рабовладельца к другому.

Очевидный факт эксплуатации работников коммерческих предприятий людей волновал давно.

Здесь пламенный привет нам шлёт Карл Маркс, но мы обойдем его стороной.
Дело в том, что Маркс видел основой проблемы эксплуатации в первую очередь частную собственность на средства производства, а в широком смысле — частную собственность вообще.
Именно поэтому решением проблемы эксплуатации трудящихся коммунисты видели в полном отказе от частной собственности.
Опыт СССР показал, что такой подход не работает.

Отняв средства производства у капиталистов, государство само стало монопольным эксплуататором.
Используя бесплатный труд заключенных и военнообязанных, «отщипывая» от каждой зарплаты государство тратило полученные средства по своему усмотрению, в первую очередь на удовлетворение амбиций правящей партийной элиты — на военные нужды.



КНДР до сих пор живет по таким «гениальным» сталинским принципам.

Ошибкой коммунистов было то, что они считали ключевым фактором эксплуатации именно частную собственность.

Это неверно.

Ключевым фактором эксплуатации является найм работника с целью извлечения прибыли, т.е. сама практика коммерческого трудового найма.

Когда нет найма — нет эксплуатации.
И собственность здесь — дело вторичное.

Ведь если, к примеру, у капиталиста есть завод, но на нём никто не работает, то выходит, что частная собственность есть, а эксплуатации нет.

Или если у человека есть капитал — автомобиль, и он работает на нем сам, например частным таксистом — то, опять же, выходит, что частная собственность на средства производства есть, а эксплуатации нет.

Вывод: частная собственность на средства производства — это лишь благоприятная почва, на котрой среди частного труда растут сорняки наемно-эксплуатационных злоупотреблений.

Но марксисты решили бороться с сорняками радикально — срыть плодородный слой почвы частной собственности к чертовой матери вместе с полезными растениями кооперативов и самозанятых предпринимателей.

Такой «мощный» подход к вопросу предопределил низкую эффективность экономик всех марксистских режимов, и нынешняя звенящая нищета КНДР — живое тому подтверждение.

Но вернемся все же к нашему нынешнему режиму.
Эксплуатация трудящихся работодателями, это не единственный метод системы.
Еще одной, более тонкой технологией «обезжиривания» толпы является ссудный процент и связанная с ним инфляция.

Мы привыкли и к тому, и к другому — масс-медиа много лет приучают нас воспринимать этот обман как должное, как что-то совершенно естественное для любой экономической системы.

Но это не так.

Естественным процессом развития производственных систем является дефляция: появляются новые технологии, совершенствуется организация труда и производство товаров становится все более и более дешевым.

В 19 веке спички считались роскошью, а сахар — довольно дорогим товаром «элитного» потребления — но теперь технологии шагнули вперед и эти вещи стоят копейки.
Поэтому, если бы экономика развивалась «по-честному», то все товары бы дешевели год от года.

Но этого не происходит. Почему?

Потому что современная экономика — не честная.
Современная экономика, а вместе с ней и весь современный мир — это мир обмана.

Инфляцию создает мошенническая практика ссудного процента.

С чего бы это ради вообще человек должен отдавать больше, чем взял?

Единственный честный вид займа — беспроцентная ссуда.
В современном мире практически не встречается.

На уровне небольших частных займов происходит нечестное перераспределение капитала (то есть банки просто эксплуатируют заемщиков).

Банковский капитал точно также как и работодатель «отщипывает» с твоей зарплаты свои проценты просто за то, что у них этот капитал есть — а у тебя нет.
Разница лишь в том, что производственный капитал тебе недоплачивает, а в банк ты несешь проценты сам.

И если на базовом уровне практика ссудного процента приводит лишь к усилению эксплуатации, то в масштабе государства каждый выданный центробанком кредит создает в экономике «из ниоткуда» еще столько же ничем не обеспеченных средств, сколько банк накрутил процентов.

Это порождает инфляцию и обесценивает деньги.

Здесь мы подходим ко второму важному аспекту современного рабства — ограничению личной свободы.

Кредитная система играет двойную роль — во-первых эксплуатационную, во-вторых она закабаляет человека, сужает его текущую свободу выбора.

Вчера у человека не было кредитов — он мог бросить всё и уехать в другой город например, а сегодня у него ипотека и он не может ни бросить работу, ни уехать.
Крепостные крестьяне отнеслись бы к его ситуации с большим пониманием.

Как уже было отмечено ранее — деньги — это идеальный инструмент власти, идеальный инструмент принуждения.
Режимы прошлого принуждали людей методом физического насилия или его угрозой.
Современный режим сделал выводы, усовершенствовал технологию и принуждает людей с помощью денег.

Больше не нужно никого «тащить и не пущать», пугать каторгой и пинать сапогами — современные рабы трудятся сами, они вынуждены это делать под давлением «объективных экономических обстоятельств».

Именно искусное создание этих «объективных обстоятельств» и есть один из главных инструментов режима.
Как это работает?

Современный раб должен получать столько, чтобы ему хватало денег ровно на текущие расходы.

Это правило взято не из воздуха — если у раба будут излишки денег, он перестанет трудиться также усердно, он может начать работать меньше (например перейти на пол ставки) или накопить денег на собственное дело — и тогда он вообще потерян для системы.

Более того, получив избыток времени и средств раб может начать заниматься саморазвитием, дойти до понимания происходящего и вообще выйти из-под контроля.

Хозяйственно независимые, свободно мыслящие широкие народные массы — это страшный сон для нынешнего режима.

Естественно, система стремится не допустить этого.

Первым инструментом здесь выступает искусственное завышение цен на жилье.

Кубометр бетона стоит копейки, зарплаты рабочих на стройке смешны, земли под многоквартиный дом надо немного, да и объективного дефицита земли, уж по крайней мере в нашей бескрайней стране, нет и не предвидится в ближайшие лет триста.

Так какого черта жилье стоит таких космических денег? Почему такая дорогая земля?
Почему так сложно получить необходимые для стройки согласования?

Это банальный картельный сговор, поощряемый всеми агентами системы.

Такое положение вещей выгодно и застройщикам, и землевладельцам, и продажным чиновникам, и вообще всем, кроме покупателей жилья.
Это двойная выгода — во-первых это сверхприбыль «на ровном месте», во-вторых — изъятие «лишних» денег у толпы.

Справедливости ради, настолько наглые, очевидные формы «обезжиривание» толпы принимает только в недвижимости, страховании, медицине — там, где картельный контроль легко организовать.

В других сферах это делают более тонко, пользуясь некомпетенцией людей и маркетинговыми уловками.


Здесь мы подошли ко второму инструменту изъятия «лишних» денег — навязыванию сверхпотребления.

Современная индустрия массовой пропаганды обрушивает на голову обывателя невероятно интенсивный поток манипулятивной коммерческой информации.
Скрытая и открытая, уличная и телевизионная, простая и сложная — реклама проникла сегодня везде, дотянувшись вместе с сотовой связью даже до жителей глухой тайги.

Мы не замечаем того, насколько невероятно окружающий мир насыщен рекламой! Все газеты, все журналы, все каналы телевидения, все сайты в интернете, каждая стена, каждый столб в городе, каждый почтовый ящик и каждый сотовый телефон стали полем массовой информационной атаки.

Зачем это всё?

Ведь по-настоящему нужные, интересные ему вещи человек может легко найти сам.

Эта массовая истерия нужна как раз для того, чтобы навязывать вещи ненужные.

И вот уж чего-чего, а ненужных вещей в современном мире просто невероятное количество.

Даже если не говорить о вещах, не нужных в принципе (вроде ювелирных украшений или палок для селфи) - даже приобретение обычных, действительно нужных вещей превращается в сверхпотребление двумя способами:

а) навязывание излишнего количества
б) навязывание излишнего качества.

Самый классический пример навязывания излишнего количества — это провокация к покупке лишних предметов одежды.
Все знают — женщины чрезвычайно падки на шмотки, и современная система умело на этом играет.
Она не просто провоцирует покупать всё, что понравится, она создала целую индустрию моды, которая заставляет людей менять вещи вообще без какой-либо внятной объективной необходимости.

В традиционном обществе люди носили вещи до тех пор, пока те не приходили в полную негодность.
Массовой моды не существовало — один и тот же покрой шапок или сапогов мог не меняться столетиями — сегодня такое кажется чем-то немыслимым.

Навязывание излишнего качества капиталисты ведут более осторожно.
Во-первых, повышение качества оборачивается немалыми производственными затратами, в большинстве случаев выгоднее потратить эти средства на маркетинг.
Классический пример — слабые аккумуляторные батареи телефонов iphone, сочетающиеся с колоссальными маркетиноговыми бюджетами корпорации Apple.

Во-вторых, повышение качества может привести к увеличению срока службы товара, что неизбежно вызовет в стратегической перспективе падение продаж.
Классический пример — фирма Suzuki когда-то выпускала промышленные швейные машины. Со временем они довели их качество до такого уровня, что их просто перестали покупать — все кто хотел, уже купил, а купленные машины работали «вечно».

Поэтому качество повышают только в тех сферах, которые не приведут к увеличению срока службы товара, в первую очередь — в области его внешнего вида.

Здесь производители преуспели.
Одновременно совершенствуя внешний вид товаров они навязывают соответствующую модель потребления, визуальный перфекционизм.
Здесь в пример можно привести автомобили.
Объективно, колебание кузовных зазоров в пределах 5мм не имеет никакого реального практического значения.
Окраска кузова обычными однослойными акриловыми эмалями ничем не уступает по атмосферной стойкости многослойным «металликам» и «перламутрам».
Шагрень — естественный эффект любой окраски методом распыления.
Стальные штампованные колесные диски прочнее литых.

Продолжать можно долго, но это никого не волнует — в профильных сми годами идет не прекращающаяся истерия вокруг внешнего вида авто, цель которой убедить покупателя, что идеальные кузовные зазоры, зеркально отполированная краска-металлик и литые диски — это незыблемая норма для современного автомобиля.
И эта пропаганда работает — даже когда речь идет о ремонте уже бывшего в употреблении авто люди массово, добровольно переплачивают за всё это, что уж говорить о покупке новой машины.

Серьезные брутальные мужики становятся жертвами общества потребления и, словно завзятые метросексуалы, начинают обсуждать оттенки, которыми играет новая краска после полировки или изысканный стиль литых дисков.

Этот блядский потребительский перфекционизм свойственен не только автомобильной индустрии, но и в разной степени всем другим отраслям промышленности, где большую роль играет визуальный аспект.


При этом вся индустрия сверхпотребления влияет на наш мир очень сильно, искажая нормальную структуру экономики.

Это влияние не так явно, и естественно, пропаганда режима никогда старается не акцентировать на ней внимание, и вот почему.

Умирающие от голода дети в Африке — это прямое следствие того, что кто-то покупает ненужную вещь.

Женщина купила шубу вместо пуховика — убила ребенка где-нибудь в Конго.

Как это работает?

В экономике все связано. Если где-то прибыло, значит где-то убыло.
Если сотни миллионов людей покупают ненужные вещи, значит десятки миллионов людей эти вещи производят.

Они заняты на производстве модных сумочек и электроприводов сидений автомобиля — а могли бы заниматься производством продуктов питания или лекарств для стран третьего мира.

«По данным продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН на сентябрь 2010 года, число человек, страдающих от хронического голода, составило 925 миллионов человек.»

Миллиарду людей в мире нечего жрать, пока мы заняты производством чехлов для сотовых телефонов и оказанием услуг спа.

Даже если по-расистски махнуть на негров и прочих пакистанцев рукой, люди занятые сейчас в индустрии сверхпотребления могли бы работать в сфере научных исследований, например искать лекарства от рака.
Для науки, к слову, нет ничего невозможного, просто сегодня на эти цели тратится всего несколько десятков миллиардов долларов в год.

А если направить на такие, по-настоящему полезные цели все эти излишние производственные силы?

Эффект был бы ошеломительным.

Потому что размер всей этой ненужной экономики колоссален.

Только на рекламу в мире в год тратится около триллиона долларов!
Только на рекламу, только за один год!

Не берусь оценить долю экономики сверхпотребления в мировом ВВП, но даже если допустить, что она равна 20%, то на эти средства можно было бы в течение ближайших лет решить все самые острые проблемы стран третьего мира и найти лекарства от многих неизлечимых болезней.









***

Подводя итог, стоит отметить один позитивный факт — нынешний мировой режим обречён.
Даже не потому что он такой убогий, а просто потому, что ничто не длится вечно.
На смену одной общественной формации всегда приходит другая, более совершенная: так, на смену родоплеменному строю пришел рабовладельческий, на смену рабовладельческому строю пришел феодализм, а на смену феодализму — нынешний капитализм.

Пробьет час — и нынешняя система тоже уступит место режиму более справедливому и честному, более разумному и мудрому — режиму, реальной целью которого будет счастье людей, а не макроэкономические показатели.

Link | Share